Почему Трампу понадобилась Гренландия — и чем это грозит Европе
Мир
После силовой операции США в Венесуэле Дональд Трамп вновь публично заявил о необходимости аннексии Гренландии. Резкая реакция Дании и властей самого острова показала: речь идёт не просто о риторике, а о потенциальном геополитическом кризисе с последствиями для всей Европы.
.jpg&w=3840&q=75)
Президент США Дональд Трамп вновь поднял вопрос возможного присоединения Гренландии к Соединённым Штатам — на этот раз на фоне силовой операции США в Венесуэле, после которой президент Николас Мадуро был арестован и вывезен за пределы страны.
Заявления Трампа вызвали жёсткую реакцию Копенгагена. Премьер-министр Дании Метте Фредериксен призвала Вашингтон «прекратить угрозы историческому союзнику», подчеркнув, что США не имеют права аннексировать ни одну из частей Датского королевства.
Не менее резко выступили и власти самой Гренландии. Премьер-министр автономии Йенс-Фредерик Нильсен заявил, что остров «не продаётся» и потребовал прекратить давление, напомнив о необходимости соблюдения международного права.
Гренландия — полуавтономная территория Дании с населением около 57 тысяч человек, входящая в орбиту НАТО и тесно связанная с Евросоюзом. После возвращения Трампа к власти в начале 2025 года тема аннексии острова звучит всё чаще, а после венесуэльских событий приобрела особенно жёсткий тон.
Сам Трамп объясняет интерес к острову вопросами национальной безопасности. По его словам, Гренландия имеет стратегическое значение из‑за активности российских и китайских судов в Арктике.
Эксперты указывают и на другие мотивы. Остров расположен в центре будущих арктических судоходных маршрутов, значение которых возрастёт по мере таяния льдов. Кроме того, Гренландия богата полезными ископаемыми и потенциальными энергетическими ресурсами.
США уже присутствуют на острове: с 1951 года действует оборонное соглашение, а на базе Питуффик размещены американские военные, занимающиеся системой раннего предупреждения и космическим наблюдением.
По мнению аналитиков, включая Яна Лессера из Германского фонда Маршалла, Вашингтон и так обладает необходимыми военными возможностями в регионе, а новый интерес администрации Трампа скорее связан с контролем над ресурсами и будущими коммерческими маршрутами.
Для Европы эта риторика означает тревожный сигнал: под вопрос может быть поставлена территориальная целостность союзника по НАТО и сам принцип нерушимости границ, на котором строится европейская безопасность.
Заявления Трампа вызвали жёсткую реакцию Копенгагена. Премьер-министр Дании Метте Фредериксен призвала Вашингтон «прекратить угрозы историческому союзнику», подчеркнув, что США не имеют права аннексировать ни одну из частей Датского королевства.
Не менее резко выступили и власти самой Гренландии. Премьер-министр автономии Йенс-Фредерик Нильсен заявил, что остров «не продаётся» и потребовал прекратить давление, напомнив о необходимости соблюдения международного права.
Гренландия — полуавтономная территория Дании с населением около 57 тысяч человек, входящая в орбиту НАТО и тесно связанная с Евросоюзом. После возвращения Трампа к власти в начале 2025 года тема аннексии острова звучит всё чаще, а после венесуэльских событий приобрела особенно жёсткий тон.
Сам Трамп объясняет интерес к острову вопросами национальной безопасности. По его словам, Гренландия имеет стратегическое значение из‑за активности российских и китайских судов в Арктике.
Эксперты указывают и на другие мотивы. Остров расположен в центре будущих арктических судоходных маршрутов, значение которых возрастёт по мере таяния льдов. Кроме того, Гренландия богата полезными ископаемыми и потенциальными энергетическими ресурсами.
США уже присутствуют на острове: с 1951 года действует оборонное соглашение, а на базе Питуффик размещены американские военные, занимающиеся системой раннего предупреждения и космическим наблюдением.
По мнению аналитиков, включая Яна Лессера из Германского фонда Маршалла, Вашингтон и так обладает необходимыми военными возможностями в регионе, а новый интерес администрации Трампа скорее связан с контролем над ресурсами и будущими коммерческими маршрутами.
Для Европы эта риторика означает тревожный сигнал: под вопрос может быть поставлена территориальная целостность союзника по НАТО и сам принцип нерушимости границ, на котором строится европейская безопасность.
Powered by Froala Editor